Эмили Бронте «Грозовой перевал» – цитаты и фразы из книги
На чтение 3 мин Просмотров 5
- Кто не сделал до десяти утра половины своей дневной работы, тот рискует не управиться со своей второй половиной
- Мы порой жалеем людей, которые не знают жалости ни к себе, ни к другим.
- Чужой всегда чужой, беден он или богат.
- Разумный человек должен довольствоваться тем обществом, которое являет он сам.
- …Оставшееся после умерших ценно для нас, если они были нам дороги при жизни.
- “Гордые люди сами вскармливают свои злые печали”.
- …при злом сердце самое красивое лицо становится хуже, чем безобразным.
- Как вы умудряетесь жить здесь без книг? … Отберите у меня книги — и я приду в отчаяние.
- Их счастье кончилось, когда обстоятельства заставили каждого почувствовать, что его интересы для другого не самое главное.
- Мысли – это чудища, что снова и снова являются терзать нас.
- Честные люди не скрывают своих дел.
- Я сказала ему, что его рай – это что-то полуживое, а он сказал, что мой – это что-то пьяное.
- Я отдала ему сердце, а он взял его, насмерть исколол и швырнул обратно.
- Мне снились в жизни сны, которые потом оставались со мной навсегда и меняли мой образ мыслей: они входили в меня постепенно, пронизывая насквозь, как смешивается вода с вином, и постепенно меняли цвет моих мыслей.
- Предательство и насилие – это копья, заостренные с обоих концов: того, кто пускает их в дело, они ранят больней, чем его противника.
- Тиран топчет своих рабов, и они не восстают против него: они норовят раздавить тех, кто у них под пятой.
- Ты сказала, что я тебя убил, так преследуй же меня! Убитые, я верю, преследуют убийц. Я знаю, призраки бродят порой по земле! Будь со мной всегда… прими какой угодно образ… Сведи меня с ума, только не оставляй меня в этой бездне, где я не могу тебя найти!
- “Моя любовь к Линтону, как листва в лесу: знаю, время изменит её, как меняет зима деревья. Любовь моя к Хитклифу похожа на извечные каменные пласты в недрах Земли. Она – источник, не дающий явного наслаждения, однако же необходимый.”
- Потребовалось огромное напряжение всех ее умственных способностей, чтобы сообразить наконец, что я ее не люблю.
- Это был странный способ убивать – не то что постепенно, а по самым крошечным частицам…
- Если все прочее сгинет, а он останется – я не исчезну из бытия; если же все прочее останется, но не станет его, вселенная для меня обратится в нечто огромное и чужое, и я уже не буду больше ее частью.
- Я нарочно погублю себя и разобью им обоим сердца, разбив свое.
- он никогда не узнает, как я люблю его, и люблю не потому, что он хорош собой, а потому, что в нем больше меня, чем во мне самой.
